Сегодня меня использовали. Просто так, как вещь. Получали выгоду. А я старался изо всех сил угодить, снова получить статус друга. Я так надеялся, что мы снова сможем стать друзьями. Хотя какие мы друзья… Я бесповоротно люблю ее. А она…а она мне просто друг. Друг. Мне больно видеть, как она смотрит на меня. Как каждый раз прижимается к Стефану, а он, как бы невинно улыбается мне с таким гадким выражением на лице «Ну что брат, ну не нужен ты ей, ну что поделаешь». Нет, я не ненавижу Стефана. Завидую? Хм, может быть, но самую малость. Я ненавижу тебя, потому что именно ты причиняешь боль и мне и моему брату. Ему ведь так же больно видеть, как ты иногда смотришь украдкой на меня. Я знаю, что нравлюсь тебе, но ты, конечно, отрицаешь это.
- Я потерял тебя навсегда? – спрашиваю я, свято надеясь, что ты скажешь желаемый ответ.
- Да, ты потерял меня навсегда. – Твердо произносишь ты. Прикрываясь книгой, словно щитом.
- Ты использовала меня весь этот день… - мрачно произношу я, скорее для себя, нежели для нее, осознавая всю ситуацию, как она есть.
- Да. – Так же твердо отвечает она. И от этой твердости хочется бежать куда подальше и не находиться так близко, но нет. Я, наверное, мазохист, если терплю все это. Ну что ж, возможно.
- У тебя с Кэтрин намного больше чем просто внешность. – Идеально подобранные слова. Сучка Кэтрин. Спасибо, хоть какой-то толк от тебя. В глазах Елены появляется боль, я слышу ее учащенное сердцебиение, но девушка пытается не показывать обиды. Она проницательно смотрит на меня, понимая, что в том, что я только что сказал, виновата она сама.
- Я не Кэтрин. – уверенно произносит она, борясь с нарастающими слезами.
- Да неужели. – В тон отвечаю я.
Она делает шаг назад.
- Ты никогда не был никому нужен. Никогда. Ты не был нужен Кэтрин, и мне ты тоже не нужен. – Буквально выплюнув каждое слово мне в лицо, произнесла она. Ярость заполонила ее всю, щеки приобрели с привычного нежно розового оттенка алый.
Елена умело подобрала слова, благодаря которым все мои стены и прежние раны открываются и начинают зиять, с новой удвоенной силой. Эти слова как некий пароль, открывающий все двери.
Я отшатываюсь от нее словно ошпаренный. Девушка сначала гордится эффектом, ей радостно, что смогла причинить боль такому монстру как Деймон Сальваторе, но потом она бросает книги на пол и бросается ко мне.
Я был уже у двери, когда Елена окликнула меня, прося, остановится. Я рефлекторно, не осознавая, остановился, и сразу же приблизился к ней. Елена, видимо не ожидая такого поворота событий, испугалась и отшатнулась к стене.

- Деймон… - прошептала девушка, вжимаясь в монолитную поверхность.
- Я… - начала Елена. Нет бы сказать простое «Прости» этого бы хватило, но нет же, она начала ныть, как она сожалеет. Я злобно посмотрел на нее, и мой взгляд упал на розовые губки все это время шептавшие что-то, чего я не хотел слушать.
- На мне вербена. – Предупреждающе сказала она, бесцеремонно меняя тему разговора.
Я поднес руку к ее шее и выдернул ненавистное мной ожерелье. Глаза девушки расширились.
- Теперь нет. – Коварно ухмыльнувшись, проговорил я, бросая под ноги украшения и раздавливая его каблуком ботинка.
- Как ты посмел? – задыхавшись от гнева, проговорила она.
Елена хотела сказать что-то еще, но я не дал ей этого сделать, заглушая ее речь поцелуем.
Она мычит, пытаясь вырваться, но все бесполезно. У меня в голове всплывают разные очень неприличные картинки в главной ролью с Еленой. Дикое желание и злость, одновременно накатывают на меня, и я не могу с ними бороться. Яростно целую любимые губы и прикусываю их, что на них остаются кровавые следы. Елена вздрагивает, ощущая кровь у себя во вру. Я нежно провожу языком по ранке и слизываю капельку, такой манящей крови. «Так бы и выпил всю» проскальзывает мысль. Я закидываю Еленины руки к себе на шею, требуя, что бы она обняла меня, но нет. Упрямая девочка. Она поплатится за это. Я прижимаю ее сильней к себе и проскальзываю одной рукой к ней под кофточку. Елена сразу же распознает мои намерения и пытается ударить меня. Она пинает меня ногами, пытается укусить, но я все, же успеваю ласкать ее спину.
У Елены все же получается легнуть меня. В пах. А знаете больно. Я невольно вытягиваю руку вперед и облокачиваюсь на холодную стену. Девушка пытается выбежать из здания, но не тут-то было. Неужели Елена такая дура, что до сих пор не поняла, что живет с двумя вампирами? Она делает всего лишь пару шагов, и я настигаю ее. Хватаю ее за талию и прижимаю к себе совсем близко, чтобы она почувствовала всю силу моего возбуждения.
- Ты же не сделаешь этого, Деймон? – хрипло спрашивает она, все еще надеясь на мою совесть. Но у меня ее нет. Видимо она исчезла еще в то время, когда я был человеком, или же я родился без нее. Скорее всего, вариант номер два.
- Как раз наоборот. – Шепчу я.
- Деймон, ты не такой, слышишь? Ты лучше. – Пытается разубедить меня, но я не приклонен. Расстегиваю ее кофточку, мимолетно любуясь ее фигурой. «И почему вся эта прелесть должна доставаться Стефану?». Но желание слишком велико и я попросту отрываю маленькие черные пуговки, они летят вниз и звонко ударяются об пол. Елена пытается вырваться, оттолкнуть меня, но у нее не получается. Быстро расправившись с кофтой, я скидываю ее на пол и целую ее плечи. Какая же у нее мягкая кожа. Интересно, какой у нее гель для душа, потому что аромат у него просто чудесный. Лаванда и фрезии. Я прокладываю дорожку поцелуев до ее груди и, настигнув ее сосков, целую их, прикусываю до боли.
Девушка вскрикивает, и я, пользуясь ее положением, стягиваю с нее джинсы. Господи, почему она не носит юбки? Мне приходится изрядно повозиться над ними, и когда чертовы джинсы летят на пол, я торжествую. Елена только что пытавшаяся повторно стукнуть меня в нежное место начинает выворачиваться.
- Я ненавижу тебя. – Кричит она и освободившейся рукой бьет по лицу. Жестко, со всей силы, на которую была только способна. Она стоит почти голая. Почти. Мешает лишь одна прозрачная ткань трусиков. Я провожу рукой по ее животу и, натыкаясь на резинку белья рву ее. Материал падает к ее ногам, и теперь она стоит полностью обнаженная, не скрывающая своей красоты за ненужными вещами. Даже в сумраке я вижу, как она краснеет. Но ничего.
Свободной рукой я просовываю свой палец внутрь, заставляя её выгнуться дугой и застонать. Ввожу ещё один и наращиваю темп, большим пальцем лаская клитор. Елена краснеет еще больше. Она пытается еще что-то сказать, но я не позволяю ей, вынимаю пальцы и, заводя ее руку за голову, резко вхожу в нее.
Елена слабо вскрикивает и испуганно хлопает своими длинными ресницами.
-Тебе больно? – с сарказмом спрашиваю я.
- Это лишь твоя вина. Если бы ты была немного снисходительна, то всего бы этого не было. – Привычно ухмыляюсь, произношу я, грубо вжимая ее в стену.
Она зажмуривается, на ее лице отвращение. При каждом новом толчке ее грудь подпрыгивает, дразня меня, и я поддаюсь, целую ее, ласкаю, уже не так грубо как раньше. Мне нравится ее упругие соски. Я валю ее на пол. Вжимаю теперь не в стену, а в грязную поверхность бетонной плитки. Елене, наверное, безумно холодно, но мне все равно. Она прикрывает глаза и у меня создается впечатление, что она наслаждается. Мне этого не нужно и я наращиваю темп, специально вхожу в нее глубоко, до упора. Она вскрикивает и по ее лицу стекает одинокая слезинка. Я быстро переворачиваюсь на спину и усаживаю Елену сверху.
- Ну что, будешь править балом? – Услужливо произношу я.
- Я тебя ненавижу, Деймон. – произносит она, пытаясь встать, но я хватаю ее руки, тем самым не давая ей сделать, ни одного движения кроме как немного приподняться, что мне и нужно. Елена с ужасом смотрит мне в глаза. Но ей ничего не остается делать, как поддаться мне и она двигается. Я улыбаюсь и смотрю ей в глаза. Она не думала, что окажется сверху. Даже не предполагала. Стефан, наверное, никогда ей этого не позволял. Ну что ж, пусть это будет своеобразным подарком от меня. Елена двигается медленно, мне непривычно чувствовать себя в ней. Я резко притягиваю ее к себе, и от неожиданности Елена входит глубоко. Я крепко держу ее за ягодицы, давая ей возможность почувствовать меня в себе. Еще пару толчков и она непроизвольно вскрикивает от наслаждения. Я чувствую, как что-то сжимает меня изнутри и мне безумно приятно. Елена закрывает глаза и продолжает двигаться. Теперь она действует сама, видимо забыв про прошлое. Ее движения уже более уверенны, толчки глубже чем раньше. Протяжные стоны срываются с пухлых губок, оглушая темноту помещения. Желание, накопленное за долгое время, наконец, вышло и подарило незабываемое наслаждение. Гранича на грани безумства, я переворачиваюсь, и Елена снова находится внизу, она открывает глаза, и я со стоном изливаюсь в нее. Она широко задвигает ноги, и я продолжаю движение. Быстро с нечеловеческой скоростью, с ее губ срывается стон и она кричит. Ей стыдно от этого пронзительно крика, стыдно от того наслаждения, которое испытывает не со Стефаном, а со мной. Стыдно, от того, что не может признать, что ей понравилось хоть и не все, но многое. Она беспомощно шевелит бедрами требуя возобновить движения, но я не двигаюсь.
- Дей…мон… - шепчет она.
- Что? – самовлюбленным голосом отвечаю я, уже заранее зная, что она скажет.
- Пожалуйста… - продолжает она. Я знаю, что это унижает ее, но мне просто нравится это делать.
- Что Елена? – делаю вид, что не понимаю.
- Не останавливайся. – Я улыбаюсь и делаю ей одолжение. Сделав еще пару толчков, Елена содрогается всем телом и обмякает подо мной, но я не выхожу из нее, а смотрю в ее глаза горького шоколада и наслаждаюсь.
Мы пролежали так несколько минут в полной тишине, тяжело дыша, я почувствовал, что моя плоть обмякла, и тогда я вышел из нее. Елена протяжно застонала, напоминая мне о только что случившемся.
- Ты думаешь, что я сотру все это чудо из твоей памяти? - Спрашиваю я.
- А вот и нет, живи с этим, вспоминай и мучайся, как мучаюсь я каждый раз, как только закрываю глаза. – Мучайся Елена. - Злорадно произношу я. Мне нравится выражение ее лица. Злость сменяется отвращением и болью, она смотрит своими карими глазами и только сейчас поняла с кем играла сегодня. Кого хотела обвести вокруг пальца, просто использовать. Она приподымается, хватает свою одежду и быстрыми движениями одевается. Пару минут и ее нет рядом со мной.